Первоначально вторжение в Финляндию планировалось силами одного Ленинградского военного округа под командованием генерала Мерецкова. Под его началом было примерно 450 тыс. бойцов, 23 стрелковых дивизии, около 2000 танков и 1000 самолетов. Преимущество столь очевидное, что, по свидетельству маршала Василевского (К. Симонов. Глазами человека моего поколения. М., АПН, 1988), Генштаб не трогали, чтобы не отвлекать от более важных дел. Однако скоро стало ясно, что Мерецков буксует. Ленинградский округ был преобразован в Северо-Западный фронт, война приняла общесоюзный масштаб. Пришлось подключить и Генштаб.

В сочинениях г-на Суворова и других членов Союза патриотических сказочников заслуживают внимания три вещи. Во-первых, подкупающая новизна и существенно выросшая по сравнению с советскими временами толика правды. Во-вторых, «близость к народу» в самом дешевом, квасном (ну, или для фашистов — в пивном) значении этого слова. Грубая лесть своим и глумливое хамство в адрес чужих. В-третьих, непринужденный отказ от обанкротившейся коммунистической идеологии ради укрепления идеологии номенклатурно-державного милитаризма. Сталин — орел, Ленин — говно.

В том, что касается войны, больше всего балластного материала для отечественных мозгов ныне производит камнедробильный комбинат под условным названием «Виктор Суворов». По финской теме этот модернизатор истории на голубом ведомственном глазу сообщает следующее: (В. Суворов, «Последняя республика». М., АСТ, 1998 г.): «Красная Армия продемонстрировала такую мощь в Финляндии, что после этого другие страны сдавались без боя, понимая, чем может кончиться сопротивление сталинской воле». И тут же следом, с пафосом: «Так кто же проиграл войну в Финляндии? Ответ: войну в Финляндии проиграл Гитлер».

Наряду с 65-летием победы в Большой войне нам следовало бы крепенько отметить 70 лет окончания Малой. Во-первых, как точку невозврата. Во-вторых, как пример того, что бывает с народом, лишенным доступа к правде.