Их потомки ставят по новой моде кресты. Без молитвы и поста приписавшись к православию, они тут же, на кладбище, и являют своё неверие. Не зная цены Креста, выбрасывают его на помойку, как только заменят на постоянный памятник. Не имея своей культуры, не уважая своё, не уважают и чужие могилы. Остаются всё тем же безродьем, что и их предшественники.

Да, я как священник, не теряю надежду на то, что можно апеллировать к тому, к чему обращались первые христиане. Они ведь не апеллировали к величию Римской империи! Да, подчас апологеты, общаясь с тогда современными интеллектуалами, говорили об античной философии, культуре. Общаясь с иудеями, обращались к ветхозаветному прошлому. Но главный аргумент их апелляции был ЖИВОЙ ХРИСТОС. А Христа-то в нашей истории в последние десятилетия и не было. И нужно, прежде всего, обратить внимание на НЕГО, потому что, в конечном итоге, это единственное, что, может быть, как-то будет способно потрясти сознание наших современников.

Таинство миропомазания, через которое он сменил веру, было совершено 30 октября в Свято-Никольском храме Русской церкви в Хельсинки его настоятелем протоиереем Николаем Воскобойниковым, сообщил Ю.Молари "Интерфакс-Религия" в понедельник.

30 сентября 2011 года в день памяти святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии у мощей святой Софии в Эшо, в церкви святого Трофима состоялось праздничное богослужение. По случаю древнего православного праздника в Эшо собрались иерархи и клирики Русской Православной Церкви из европейских городов: архиепископ Берлинский и Германский Феофан, епископ Корсунский Нестор, а также священнослужители из нескольких европейских стран.

Идея служения была дискредитирована опытом советского времени, когда высшей доблестью было полное подчинение общему благу. Образцовый человек тоталитаризма не жил, а служил, уход в частную жизнь означал предательство. В наше время свободным человеком мыслится тот, кто сам себе господин, никому и ничему не служит

Среди тех людей, кто с надеждой (пополам с тревогой) ожидал перемен, были тогда и православные христиане — как миряне, так и духовенство. Путч совпал с периодом наиболее бурного роста общин РПЦЗ на всем пространстве СССР. Единственный молебен, совершенный в те дни у Белого дома в Москве, служили священники РПЦЗ – отцы Николай Артемов и Виктор Усачев. Но далеко не все православные русские люди оказались в тот период по одну сторону баррикад. Искренне верующие православные были тогда и среди тех, кто надеялся на "национальную" и "консервативную" эволюцию ГКЧП, и среди тех, кто всерьез готовился к вооруженной антикоммунистической борьбе.

С 1993 г. мы прилагаем все усилия, чтобы сблизить католиков с православными, – говорит Тири, – но в последние годы, когда руководство Церквей выражает желание сотрудничать, наши усилия приносят куда более заметные результаты». Прежде всего, это проявляется в том, как православные воспринимают вести из Ватикана. «Заметьте, то, что говорит сегодня Бенедикт XVI, воспринимается в Москве с куда большим энтузиазмом, куда более позитивно, чем слова Иоанна Павла II, который не был в России ни прочитан, ни понят, возможно, из-за нашей собственной ограниченности как католиков, возможно, из-за неподходящего выбора времени

В забавной мысли о Кирилле-президенте выражала себя интеллигентская неудовлетворенность настоящим положением дел, ощущение полной несостоятельности всех имеющихся в наличии идей и целей, наконец, туманная жажда чего-то иного и лучшего… Это туманное и светлое каким-то образом и воплотилось в образе Церкви, которая именно ее, интеллигенции, трудами начинала подниматься из руин в 80-е. Правда, к моменту восхождения Кирилла на престол все эти надежды были уже фактически похоронены.